Материальная ответственность работодателя за задержку выплаты заработной платы

Вопрос о материальной ответственности работодателя обладает высокой социальной значимостью, поскольку в рамках именно этого вида юридической ответственности осуществляется возмещение работнику как более слабой и нуждающейся в правовой защите стороне трудового правоотношения причиненного ему вреда.

В этой связи представляется, что к качеству законодательного матери­ала, устанавливающего условия такой ответственности, порядок привлечения к ней, а также способ исчисления размера ущерба, подлежащего возмещению, должны быть предъявлены высокие требования.

Вместе с тем, несмотря на то, что категория материаль­ной ответственности вообще и материальной ответственно­сти работодателя перед работником в частности, известны российскому трудовому законодательству уже достаточно длительное время, положения раздела XI Трудового кодекса РФ не являются в полной мере внутренне согласованными и не в полной мере отвечают предъявляемым жизнью к ним требованиям. Представляется, что данное обстоятельство обусловлено, в первую очередь, теоретическими проблема­ми в указанной области. В частности, в литературе отсут­ствует единое понимание правовой природы материальной ответственности.

Так, науке сформировалось несколько подходов к реше­нию данного вопроса:

  1. материальная ответственность не является самостоя­тельным видом юридической ответственности, а является раз­новидностью дисциплинарной ответственности;
  1. материальная ответственность не является видом юри­дической ответственности, представляя собой лишь форму ре­ализации всех видов юридической ответственности;
  2. материальная ответственность наряду с дисциплинар­ной является разновидностью трудовой ответственности;
  3. материальная ответственность представляет собой са­мостоятельный вид юридической ответственности.

Автор полагает, что материальная ответственность без­условно представляет собой разновидность юридической от­ветственности, однако, не можем не обратить внимание на то, что отдельные виды материальной ответственности, рассма­триваемые в настоящее время законодателем как случаи ма­териальной ответственности, имеют весьма близкое сходство с отдельными видами гражданско-правовой ответственности. Данное замечание в наибольшей степени относится к от­дельным видам материальной ответственности работодателя перед работником, поскольку в вопросах регулирования от­ношений из материальной ответственности работника перед работодателем в наибольшей степени проявляется трудопра­вовой метод регулирования, в то время как при регулирова­нии отношений, проистекающих из материальной ответствен­ности работодателя перед работником влияние этого метода, на наш взгляд, отражается в меньшей степени.

Данное обстоятельство обусловлено, в частности, тем, что, как справедливо отмечается в литературе, материальная от­ветственность сформировалась и выделилась в самостоятель­ный вид из гражданско-правовой ответственности.

Вместе с тем, мы полагаем, что процесс обособления ма­териальной ответственности в самостоятельный вид юридиче­ской ответственности, обладающий специальными отраслевы­ми признаками, в настоящее время не является оконченным. Кроме того, мы считаем, что при формулировании отдельных правовых конструкций Главы 38 Трудового кодекса РФ зако­нодатель механически перенес соответствующие институты из гражданского законодательства, т.е. применил приемы правового регулирования, не соответствующие потребностям общественного развития, механически и без учета специфики отношений, регулируемых трудовым законодательством. Впо­следствии, уже в рамках трудового законодательства, данные институты претерпели под влиянием трудоправового метода правового регулирования определенные изменения, однако, не вполне, на наш взгляд, достаточные для полного соответ­ствия предъявляемым к ним требованиям.

Представляется, что подобные обстоятельства не сви­детельствуют о высокой степени эффективности подхода за­конодателя к решению данного вопроса. Так, еще Л. С. Таль указывал, что нередко между заработной платой рабочего и вознаграждением, получаемым самостоятельным предприни­мателем, т.е. между платой за предоставление рабочей силы и за пользование чужой вещью юридически не делается ника­кой разницы. В то же время, различие между ними должно последовательно проводиться, поскольку в условиях, когда ра­бочая сила поглощается нуждами промышленного предприятия, плата за ее использование (заработная плата) приобрета­ет алиментарный характер. Несмотря на то, что в настоящее время вопрос об алиментарном характере заработной платы не поддерживается большинством исследователей, повышен­ная ее социальная значимость находит отражение в принци­пах правового регулирования трудовых отношений. Так, в ст. 2 Трудового кодекса РФ установлено, что основной функцией заработной платы является обеспечение достойного человека существования для самого работника и для членов его семьи, в связи с чем можно сделать вывод о том, что регулирование отношений, связанных с выплатой заработной платы, а также с ответственностью за задержку такой выплаты, должны осу­ществляться на основе принципов, отличных от тех, на кото­рых основана гражданско-правовая ответственность.

В данном случае законодатель, допуская заимствова­ние отдельных институтов из гражданского права, допускает ошибку, имеющую своим следствием снижение эффективно­сти правового регулирования.

В качестве примера вышеизложенного укажем на поло­жения трудового законодательства, касающиеся материаль­ной ответственности работодателя за задержку выплаты за­работной платы и иных выплат, причитающихся работнику, установленной ст. 236 Трудового кодекса РФ.

Из указанной нормы усматривается ее глубокое сходство со ст. 395 Гражданского кодекса РФ, устанавливающей граж­данско-правовую ответственность за нарушение денежного обязательства9. Как справедливо отмечается в литературе, по­ложение ст. 395 Гражданского кодекса РФ, «по своей сущности является не столько особой мерой ответственности, сколько способом (приемом юридической техники) взыскания убыт­ков, применяемым в денежных правоотношениях в целях их охраны от иммобилизации в условиях инфляции»10. Согла­шаясь с высказанной позицией, обратим внимание на то, что, преследуя при конструировании ст. 395 Гражданского кодекса РФ цель возмещения инфляционных убытков, законодатель заложил в основу способа исчисления размера подлежащих выплате процентов именно размер ставки рефинансирования. В гражданском законодательстве, исходящем из закрепленных в ст. 1 Гражданского кодекса РФ принципов равенства участни­ков гражданских отношений, свободы договора, недопустимо­сти произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, такой подход является оправданным. Вместе с тем, в случае перенесения данной конструкции из сферы частного права в область права социального, каковым является трудовое право, такая оправданность теряется, поскольку перед законодате­лем здесь стоит задача не только компенсировать действие ин­фляционных процессов, но и возместить работнику иные не­гативные последствия задержки выплат, являющихся для него единственным источником средств к существованию.

Первоначальная редакция ст. 236 Трудового кодекса РФ была почти полностью аналогична ст. 395 Гражданского ко­декса РФ и предполагала исчисление процентов за задержку заработной платы и иных выплат, причитающихся работнику в виде 1/300 ставки рефинансирования за каждый день про­срочки. Впоследствии, со вступлением в силу Федерального закона от 3 июля 2016 г. № 272-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам повышения ответственности работодателей за нару­шения законодательства в части, касающейся оплаты труда», размер процентов был увеличен до 1/150 ключевой ставки ЦБ РФ за каждый день просрочки. Вместе с тем, такое увеличение размера ответственности, во-первых, явно не является доста­точным с учетом обозначенной нами ранее правовой природы заработной платы и ее повышенной социальной значимости, а, во-вторых, не свидетельствует о существенных различиях, имеющихся между соответствующими положениями граж­данского и трудового законодательства.

Таким образом, в настоящее время установленная ст. 236 ТК РФ ответственность за нарушение сроков выплаты заработ­ной платы и иных выплат, причитающихся работнику, пред­полагает установление оснований и размера ответственности работодателя перед работника, практически идентичных гражданско-правовой ответственности за пользование чужи­ми денежными средствами, предусмотренной ст. 395 ГК РФ. При этом само по себе указание законодателя на то, что дан­ная ответственность имеет трудоправовой характер и является материальной, при наличии указанных обстоятельств еще не делают ее таковой.

Из изложенного следует, что, устанавливая материаль­ную ответственность за задержку работодателем заработной платы и иных денежных выплат работнику, законодатель, по сути, использует в настоящее время незначительно адаптиро­ванную гражданско-правовую конструкцию, что не отвечает, по нашему мнению, потребностям общественного развития, поскольку заработная плата в большинстве случаев является единственным источником дохода работника, при помощи которого он удовлетворяет свои жизненные потребности и потребности своей семьи. В этой связи задержка или непол­ная выплата заработной платы влечет для работника суще­ственные негативные последствия, которые явно не могут быть компенсированы посредством предложенного законодателем правового механизма.

Представляется, что законодателю следует обратиться к опыту установления ответственности в социальных отрас­лях законодательства, имеющих и успешно реализующих цель защиты одной - более слабой - стороны правоотноше­ния от другой - экономически более сильной. В частности, определенный интерес представляет законодательство о за­щите прав потребителей, которое устанавливает неустойку в размере 0,5% за каждый день просрочки в случае задержки передачи потребителя предварительно оплаченного товара, 3% за каждый день просрочки при несоблюдении отдельных требований потребителя, штраф в размере 50% от присужден­ной судом суммы в случае неудовлетворения в добровольном порядке требований потребителя а также иные аналогичные санкции.

Перенос подобных правовых конструкций, адаптирован­ных под специфику трудовых отношений, будет, как представ­ляется, иметь существенно большую степень эффективности, по сравнению с заимствованием гражданско-правовых кон­струкций.

ЩЕННИКОВ Вадим Андреевич
соискатель кафедры трудового права юридического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова

Правовые онлайн консультации юристов осуществляет проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.). 

© 2019. Правовые онлайн консультации юристов. Все права защищены.
Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Юридическая консультация и помощь по БЕСПЛАТНОМУ тел. Россия +8 800 500-27-29 (доб. 507)
Московская обл, г. Москва +7 499 653-60-72 (доб. 665)
Ленинградская обл, г. Санкт-Петербург +7 812 426-14-07 (доб. 423)
в режиме online - круглосуточно!