Оспаривание сделок и иных действий в банкротстве

Ныне действующий Федеральный закон о банкротстве в качестве субъектов оспаривания сделок называет следующих лиц: а) конкурсный или внешний управляющий, назначаемый судом для проведения соответственно процедуры конкурс­ного производства,

либо внешнего управления по своей инициативе; б) конкурсный или внешний управляющий — по инициативе собрания кредиторов, либо комитета кре­диторов; в) представитель собрания (комитета) кредиторов, в случае, когда конкурсный или внешний управляющий в срок не исполнил обязательства по оспариванию сделки; г) кон­курсный кредитор, обладающий дебиторской задолженно­стью в размере 10 % и более от совокупности кредиторской задолженности должника в рамках требований одной очере­ди (третьей); д) временная администрация кредитной организа­ции. Данные лица указаны в ст. 61.9 Закона о Банкротстве.

Субъекты оспаривания сделок и иных действий в банкротстве

Изменения, инкорпорированные в 2009 году в Федераль­ный закон «О несостоятельности (банкротстве)», связанные с оспариванием сделок не содержали положений об оспари­вании сделок конкурсным кредитором и временной адми­нистрацией кредитной организации. Если такой субъект как «временная администрация кредитной организации» был вклю­чен в законодательство по ясным причинам после объеди­нения законодательства о банкротстве с законодательством о банкротстве кредитных организаций, то такой субъект как конкурсный кредитор стал предметом дискуссий среди теоретиков и практиков. Так, данную проблему освещают, на­пример, работы С. А. Кузнецова, М. В. Телюкиной, Э. А. Циндяйкиной и др. Верным, по нашему мнению, является вывод всех трёх вышеназванных авторов о том, что конкурс­ный кредитор должен иметь возможность оспаривать сделки с другим кредитором, когда имеется разумное основание по­лагать, что такая сделка повлекла существенное уменьшение конкурсной массы или повлекла предпочтение исполнения обязательств перед одним из кредиторов.

Ранее законодательство содержало достаточно узкий пере­чень случаев, когда кредитор мог оспорить сделку по своей инициативе. Такие основания содержатся в пункте 5 статьи 82, пункте 2 статьи 104, пункте 2 статьи 206 Закона о Банкрот­стве, и это: а) сделки совершенные в процессе финансового оздоровления без согласия кредиторов, а именно: сделки, в со­вершении которых у должника имеется заинтересованность или которые: связаны с приобретением, отчуждением или возмож­ностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на последнюю отчет­ную дату, предшествующую дате заключения сделки; влекут за собой выдачу займов (кредитов), выдачу поручительств и гаран­тий, а также учреждение доверительного управления имуще­ством должника; решения о реорганизации; сделки, влекущие возникновение новых обязательств, если общая сумма денеж­ных обязательств составляет 20 % и более требований кредито­ров; сделки, которые влекут за собой увеличение кредиторской задолженности должника более чем на пять процентов суммы требований кредиторов, включенных в реестр требований кре­диторов на дату введения финансового оздоровления; связаны с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, за исключением ре­ализации имущества, являющегося готовой продукцией (рабо­тами, услугами), изготовляемого или реализуемого должником в процессе обычной хозяйственной деятельности; влекут за собой уступку прав требований, перевод долга; влекут за собой полу­чение займов (кредитов); б) любые сделки, которые должник совершает в процедуре внешнего управления без согласия кредиторов, когда размер денежных обязательств должника на 20 % превышает требования конкурсных кредиторов; в) сделки граждан, оспариваемые по специальным основаниям.

Ситуацию, между тем, была призвана разрешить судебная практика. Так наиболее верным подходом можно назвать подход, указанный в Постановлении Пленума ВАС РФ от 15 декабря 2004 года № 29 «О некоторых вопросах практики применения Фе­дерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»:

«Иск о признании сделок недействительными по осно­ваниям, указанным в пунктах 2 и 3 статьи 103 Закона о бан­кротстве, может быть предъявлен внешним управляющим или кредитором должника в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ)».

Несколько иную конструкцию можно усмотреть в По­становлении Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О неко­торых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Феде­рального закона «О несостоятельности (банкротстве)»:

«В случае признания обоснованной жалобы на бездействие (от­каз) арбитражного управляющего оспорить сделку суд вправе так­же указать в судебном акте на предоставление подавшему жа­лобу лицу права самому подать заявление о ее оспаривании».

Показанная выше неоднозначность формулировок за­конодательства, пути разрешения проблем, связанных с субъектом оспаривания сделок в судебной практике, а также теоретические дискуссии, побудили, в конечном счете, зако­нодателя создать следующую формулировку в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве):

«Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд ... конкурсным кредито­ром или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кре­диторов, составляет более десяти процентов общего размера кре­диторской задолженности, включенной в реестр требований кре­диторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц».

Тем не менее, в целях защиты прав отдельных категорий кредиторов предполагается, что целесообразно было бы не связывать право конкурсного кредитора оспаривать сделки должника с цензом в 10 % от общего размера кредиторской задолженности должника, включенной в реестр9. Тем более, что законодательство не ответило на вопрос: следует ли рас­считывать 10 % от требований в рамках одной очереди или же нет, хотя представляется, что логично рассчитывать требова­ния именно с опорой на требования в рамках одной очереди.

Иной важный элемент, который составляет институт оспаривания сделок при банкротстве - это сама «сделка», то есть объект оспаривания. Закон о Банкротстве даёт более широкое понятие данному определению, нежели граждан­ское законодательство Российской Федерации.

Важно заметить, что сами недействительные сделки разде­лены по критерию нарушения субъективных прав определенно­го (оспоримые) и неопределенного круга лиц (ничтожные).

При этом сделкой признаётся волевое действие лица, имеющее целью установление, изменение, прекращение граж­данских прав и обязанностей вне зависимости от достижения или не достижения правового результата. Отметим также, что правовая цель (causa - то есть причина возникновения обязательства) является необходимым элементом любого ка­узального договора, а его отсутствие делает такой договор (а договором называется двусторонняя либо многосторон­няя сделка)12 оспоримым.

С учётом различных доктринальных дискуссий гражданское законодательство выработало следующее лаконичное, но между тем, порождающее некоторые трудности в рамках рассматривае­мого нами института оспаривания сделок определение:

«Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекра­щение гражданских прав и обязанностей».

Проблема, которая возникает в законодательстве о бан­кротстве связана с тем, что согласно главе Ш.1 Закона о бан­кротстве оспариваться могут не только сделки, но также и иные действия, не имеющие элемента целенаправленности (поступки), а также распорядительные действия (сделки), це­ленаправленность по которым выражена не в ней самой, а, как правило, в ранее заключенной обязательственной сделке.

С учетом изложенного выше, законодательство о бан­кротстве не только удивляет созданием особого субъекта оспаривания сделок (который между тем обладает многими правомочиями по оспариванию присущими только долж­нику, например, полномочием виндицировать в пользу должника, не будучи собственником вещи), но и расшире­нием понятия сделка по сравнению с определением, данным гражданским кодексом и цивилистической наукой.

Особое отношение законодателя к таким нерушимым категориям гражданского права связано с тем, что банкрот­ство как правовой институт достигает стабильность граж­данского оборота иным образом, через абсолютизирова­ния принципов pro rata и pari passu, т.е. эквивалентности (справедливости) распределения имущества и недопущения ущемления прав одних кредиторов перед другими.

СТАРЦЕВ Дмитрий Дмитриевич
аспирант кафедры гражданского права, гражданского процесса и международного частного права Российского университета дружбы

Правовые онлайн консультации юристов осуществляет проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.). 

© 2018-2021. Правовые онлайн консультации юристов. Все права защищены.
Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Юридическая консультация и помощь по БЕСПЛАТНОМУ тел. Россия +8 (800) 700-99-56 (доб. 995)
Московская обл, г. Москва +7 (495) 980-97-90 (доб. 597)
Ленинградская обл, г. Санкт-Петербург +7 (812) 449-45-96 (доб. 560)
в режиме online - круглосуточно!