Медицинская деятельность как источник повышенной опасности

В теории права одним из существенных является вопрос о юридической ответственности за совершенные правонару­шения.

Применение юридической ответственности как меры государственного принуждения имеет место и в сфере охраны здоровья граждан. Охрана здоровья - одно из приоритетных направлений социальной политики Российского государства. Медицинское вмешательство всегда связано с воздействием на организм человека, индивидуальные особенности которого не позволяют предвидеть результат такого вмешательства, а так­же с риском соразмерности вреда причиняемого вреду имею­щемуся.

В отечественной юридической науке считается традици­онным (общепризнанным) подход, в рамках которого ответ­ственность медицинских учреждений за вред, причиненный

при оказании медицинских услуг, носит деликтный характер. Большинство современных ученых полагают, что при наруше­нии сторонами условий заключенного с пациентом договора применяются правила о договорной ответственности, а в слу­чае причинения вреда жизни и здоровью пациента за преде­лами исполнения договорных обязательств необходимо при­менять нормы деликтной ответственности.

Для применения юридической ответственности в целом необходимо наличие требуемого основания - правонаруше­ние, причиняющее вред личности либо имуществу лица, а на­ступление гражданско-правовой ответственности, в частности, зависит от совокупности юридических фактов (условий), в чис­ле которых противоправное поведение субъекта, присутствие вреда, причинная связь между противоправным поведением и возникшим вредом, вина причинителя вреда.

Применительно к деятельности исполнителя медицин­ских услуг основанием гражданско-правовой ответственности будет являться правонарушение, выразившееся в неиспол­нении, ненадлежащем исполнении обязанностей по профи­лактике, диагностике, лечению заболеваний пациентов. Обя­занности исполнителя медицинских услуг корреспондируют правам пациента, поэтому можно говорить, что основанием

Под виной причинителя вреда как условием наступления гражданско-правовой ответственности понимается психиче­ское отношение субъекта к своему противоправному поведе­нию и его возможным результатам. Вина характеризует пра­вонарушение с субъективной стороны. Гражданско-правовая доктрина закрепляет презумпцию вины правонарушителя. В силу п. 1 ст. 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для его надлежащего исполнения. За­конодатель также закрепляет две формы вины: умысел и не­осторожность, которые определяются исходя из объективных аспектов - непроявления определенной степени заботливости и осмотрительности.

В соответствии с п. 3 ст. 401 ГК РФ исполнители медицин­ских услуг, являющиеся коммерческими организациями либо индивидуальными предпринимателями, несут повышенную (безвиновную) ответственность по обязательствам при осу­ществлении своей деятельности. Однако деятельность меди­цинских учреждений по возмездному оказанию медицинских услуг также относится к предпринимательской, а потому не­коммерческие организации в данном случае тоже несут повы­шенную ответственность.

Е. Е. Васильева считает, что так как норма п. 3 ст. 401 ГК РФ, устанавливающая повышенную ответственность при осу­ществлении предпринимательской деятельности, является диспозитивной, стороны могут в договоре предусмотреть от­ветственность исполнителя при наличии его вины в неиспол­нении или ненадлежащем исполнении обязательства.

В свою очередь В. В. Витрянский отмечает, что хотя норма п. 3 ст. 401 ГК РФ является диспозитивной, безусловным пре­пятствием для включения в договор условия об освобождении должника от ответственности за неисполнение или ненадле­жащее исполнение обязательств служит императивная норма п. 1 ст. 393 ГК РФ об обязанности должника возместить креди­тору убытки, причиненные нарушением обязательства, а так­же положение п. 2 ст. 9 ГК РФ.

Представляется, что препятствий для включения в дого­вор условия об ответственности исполнителя при наличии его вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обяза­тельства не имеется, ибо в соответствии с положениями п. 2 ст. 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Причинитель вреда должен доказать, что им были предприняты все меры по недопущению или предот­вращению неблагоприятных последствий. Кроме того, закре­пление в договоре положения об ответственности исполните­ля при наличии вины не свидетельствует об освобождении его от ответственности вообще.

Таким образом, хотя в законе закреплен принцип без­виновной ответственности, большинство ученых обоснованно сходятся в одном - ответственность на исполнителя медицин­ской услуги должна налагаться в соответствии с правилами п. 1 ст. 401 ГК РФ, т. е. при наличии вины.

Отсутствие вины правонарушителя освобождает его от гражданско-правовой ответственности по общему правилу, из которого, однако, имеется ряд исключений. В случаях, уста­новленных законом или предусмотренных договором, ответ­ственность может наступать и независимо от вины правонару­шителя (объективная ответственность).

Применительно к деятельности исполнителя в рамках договора возмездного оказания медицинских услуг можно говорить о двух случаях ответственности без вины: если вред причинен деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источник повышенной опасности - ст. 1079 ГК РФ); если вред причинен вследствие недостатков услуг (ст. 1095 ГК РФ).

Относительно понятия источника повышенной опасно­сти можно выделить две сформировавшиеся точки зрения. Приверженцы первой точки зрения утверждают, что источник повышенной опасности - это деятельность, создающая повы­шенную опасность для окружающих. Сторонники второй точки зрения исходят из того, что источник повышенной опас­ности - это предметы материального мира, опасные вещи.

В свою очередь, полагаем, что нельзя говорить об источ­нике повышенной опасности только как о деятельности, либо только как о предметах материального мира. Наиболее вер­ной представляется точка зрения, высказанная А. А. Моховым о том, что источник повышенной опасности и повышенно опасная деятельность должны быть неразрывно взаимосвязаны.

Для отнесения какого-либо вида деятельности к деятель­ности, создающей повышенную опасность для окружающих, необходимо установить факт непосредственной связи этой деятельности с объектами, являющимися источниками повы­шенной опасности.

Многими учеными была высказана точка зрения, что на медицинскую деятельность должны распространяться нор­мы об ответственности владельца источника повышенной опасности. Мнения ученых-правоведов можно разделить на 2 группы. Первая группа понимает под источником повышен­ной опасности - медицинскую деятельность. Другая группа придерживается точки зрения, что источником повышенной опасности являются объекты материального мира, а именно: рентгеновские установки, лазерные аппараты, ядовитые, нар­котические, сильнодействующие лекарственные препараты, взрыво-огнеопасные лекарственные средства: рентгеновские и лазерные лучи, сильнодействующие лекарственные препараты; медикаментозная терапия, а именно вакцинация; лекарственные средства; лекарственные средства или меди­цинские технологии при проведении медицинских экспериментов.

Логично, что не вся деятельность в сфере здравоохране­ния может быть отнесена к повышенно опасной. Существу­ют и медицинские услуги «спокойного характера», оказание которых не может повлечь причинение вреда. С этой целью С. А. Бариновым предложено выработать общий подход к предлагаемому разграничению отдельных видов медицин­ской деятельности путем законодательного закрепления при­знаков, не позволяющих отнести некоторые виды врачебного дела к источникам повышенной опасности, а именно крите­риев: использования/неиспользования в процессе деятельно­сти предметов, обладающих опасными свойствами; оказания/ неоказания воздействия на организм человека; повышенной вероятности причинения вреда человеку ввиду отсутствия/ наличия полного контроля за деятельностью со стороны исполнителя.

Таким образом, анализируя вышесказанное, можно отме­тить, что не вся деятельность по оказанию медицинских услуг может быть отнесена к деятельности, создающей повышенную опасность для окружающих. О медицинской деятельности как об источнике повышенной опасности можно говорить только в том случае, когда эта деятельность непосредственно связана с использованием аппаратов и установок, а также лекарствен­ных препаратов, не поддающихся контролю со стороны чело­века. Т.е. источник повышенной опасности и повышенно опас­ная деятельность должны быть неразрывно связаны.

ШАЯХМЕТОВА Алина Римовна
кандидат юридических наук, доцент кафедры предпринимательского, финансового и экологического права Башкирской академии государственной службы и управления при Главе Республики Башкортостан

Правовые онлайн консультации юристов осуществляет проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.). 

© 2018-2020. Правовые онлайн консультации юристов. Все права защищены.
Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Юридическая консультация и помощь по БЕСПЛАТНОМУ тел. Россия +8 (800) 700-99-56 (доб. 995)
Московская обл, г. Москва +7 (495) 980-97-90 (доб. 597)
Ленинградская обл, г. Санкт-Петербург +7 (812) 449-45-96 (доб. 560)
в режиме online - круглосуточно!