Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств

Наряду с усилением уголов­ной ответственности за управление транспортным средством, в том числе в состоянии опьянения, появились новые правила и рекомендации для квалификации преступлений при ДТП. Особое внимание законодателя к этим преступлениям гово­рит о том, что в судебной практике имеются вопросы, требу­ющие особого внимания и о том, что на практике возникает немало проблем при квалификации нарушений правил до­рожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Проблемы квалификации и анализа нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств в Дагестане (по материалам конкретного дела)

По статистическим данным в РФ отсутствие нижней гра­ницы в санкциях приводит к тому, что почти 60 % преступни­ков получают незначительные сроки лишения свободы, явно не соответствующие тяжести наступивших последствий.

В Дагестане с каждым годом возрастает число ДТП и их жертв. Однако, на наш взгляд, актуальным является не столько усиление ответственности за ДТП с тяжкими последствиями, сколько правильная квалификация подобных действий, исходя из субъективной стороны преступлений. Мотив и цель, важные факторы психологического отношения лица к своим действи­ям и их последствиям, являются факультативными признака­ми субъективной стороны преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ. «Установление вины вне мотивации, целеполагания и состояния субъекта в момент совершения преступления мо­жет носить лишь формальный оценочный поверхностный ха­рактер», - указывает В.В. Лунеев.

Современное законодательство и судебная практика ис­ходят из того, что отношение виновного к последствиям ав­тодорожного преступления может быть исключительно не­осторожным. И только в том случае, если лицо умышленно использовало транспорт в целях причинения вреда здоро­вью, наступает ответственность по статьям о преступлениях против личности[3], т. е., например, за убийство.

Умышленное нарушение водителем ПДД при не установ­лении у него прямого умысла на причинение смерти либо вреда здоровью с использованием транспортного средства не может во всех случаях расцениваться как неосторожное деяние, предпола­гающее неосторожность по отношению к названным обществен­но опасным последствиям. О косвенном умысле лица по отно­шению к таким последствиям может свидетельствовать:

Доминирование над ситуацией, предшествующей ДТП. Под доминированием в данном контексте мы понимаем объ­ективную возможность безопасного управления и эксплуата­ции транспортного средства.

Заведомое нарушение правил дорожного движения, при котором водитель обостряет ситуацию и создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Состояние здоровья. Например, если водитель знает что у него плохое зрение и при этом, садясь за руль, он осознает, что ставит общество под угрозу, предвидит возможность того что он может не доглядеть из-за зрения кого-то, и хотя не желает, но со­знательно допускает эти последствия. Можно привести конкрет­ный пример: Время было 19 ч. 15 мин. Водитель автомашины «КИА» рег. Знак «М 813 ТР 05 /РУС, Магомедов Р.А., в г. Каспийск грубо нарушив Правила дорожного движения, стал разворачи­ваться влево по сплошной полосе, нарушая ее. В результате нару­шения он наехал на автомашину «ВАЗ 2121», которой управлял У. Исаев. Удар пришелся именно в то место, где сидела Д.Д. Гам- залова, слева на заднем сидении. Она сразу после ДТП потеряла сознание, получила сильную травму в области тазобедренного сустава, вызвали «Скорую помощь» и поместили в Центральную больницу г. Каспийска, в отделение травматологии. Следователь СО ОМВД РФ по г. Каспийск Р.А. Абдулабеков, рассмотрев ма­териалы проверки сообщения о преступлении КУСП № 2015 от 19.06.2015 пришел к выводу, что действия водителя автомобиля «КИА» Р.А. Магомедова не соответствовали требованиям пун­ктов 1.5, 13.12 правил дорожного движения РФ, согласно которым он должен был действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, и при повороте налево он обязан был уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направле­ния прямо или направо. По словам очевидцев из-за плохого зре­ния во время аварии Р. Магомедов был в двух парах очков (воз­можно, ему так лучше видно). Но возникает вопрос: как можно получить права с таким плохим зрением, и как с таким зрением человек может сесть за «руль» ставя под угрозу свою жизнь и жизнь окружающих? И если в такой момент он осознает что у него плохое зрение, разве он не предвидит возможность того, что может не доглядеть и наехать на кого-то, и разве он сознательно не допускает при этом исход того что будет при ДТП? Но как бы все ни было, в нынешнее время Р.А. Магомедов до сих пор не лишен водительских прав и ездит на автомобиле, ставя под угро­зу жизнь других лиц (по неизвестным причинам уголовное дело расследуется уже около 3-х лет).

Правовое состояние водителя, свидетельствующее о ни­гилистическом отношении к закону и пренебрежительном отношении к жизни и здоровью других лиц (отсутствие или лишение водительских прав, ранее совершаемые преступле­ния или административные правонарушения против жизни и здоровья или безопасности дорожного движения).

Позиция законодателя по поводу ужесточения ответствен­ности в отношении лиц, находящихся в нетрезвом состоянии, не вызывает никаких сомнений, поскольку водитель не только на­рушает правила дорожного движения, но и ставит в опасность жизнь и здоровье иных участников дорожного движения. При­мерно 30 % дорожно-транспортных происшествий в нашей стра­не происходит из-за того, что водитель транспортного средства находился в состоянии алкогольного опьянения.

С этой точки зрения конечно ясна позиция законодателя, предусмотревшего данное отягчающее обстоятельство в норме Особенной части УК РФ, в ст. 264 и 264.1, а также включивше­го это обстоятельство в перечень обстоятельств, которые суд может признать отягчающим наказание. Факт нахождения преступника в состоянии алкогольного или наркотического опьянения не может отягчать наказание. Для этого суд должен мотивировать свое решение о признании отягчающим обсто­ятельством совершение преступления в состоянии опьянения.

Умение правильно квалифицировать преступления, т.е. выбрать норму уголовного права, точно отражающую факти­ческие обстоятельства дела позволяет: дать правовую оценку содеянного, соответствующую закону; определить факти­ческие обстоятельства, в которых воплощаются элементы состава преступления и которые должны быть доказаны в установленном законом порядке; отличить преступление от смежных составов и административного правонарушения.

При квалификации данных преступлений необходимо учитывать, что по ст. 264 УК РФ ответственность наступает только при причинении тяжкого вреда здоровью. Но на практике воз­никает еще одна проблема: положение усугубляется тем что, встречаются случаи, когда на самом деле был тяжкий вред здо­ровью, и даже эксперты дают заключение, что был тяжкий вред, а следственные органы (может по некоторым своим интересам) с этим не соглашаются. И из-за их разногласий возникают про­блемы при привлечении виновного к уголовной ответственности и рассмотрение дел длится слишком долго. Приведем пример из практики: в том же вышеуказанном случае, при ДТП, Д.Д. Гамзалова получила сильную травму в области тазобедренного сустава. И при первичном осмотре при поступлении в больни­цу с места происшествия, дали заключение о средней тяжести вреда здоровью и были даны рекомендации в течение 1 месяца не вставать на ноги, лежать. Через месяц, как и было рекомендо­вано врачами, она попыталась встать на ноги, но не смогла из-за болей. В последующем, после тщательного обследования (УЗИ, МРТ, КТ, консультации врачей) Д.Д. Гамзалова обратилась к судмедэкспертам. Выводы экспертизы: у гражданки Д.Д. Гамза- ловой имело место: перелом лонной кости слева, перелом мало­берцовой кости справа, повреждение медиального мениска и задней крестообразной связки левого коленного сустава; повреж­дение заднего рога медиального мениска и задней крестообраз­ной связки правого коленного сустава; перелом медиального мы­щелка бедренной кости слева. Данные повреждения причинены воздействием тупого твердого предмета, возможно, в срок и при обстоятельствах, указанных в постановлении и в медицинской карте, и согласно п. 6.1.23 и 6.11.7 «Правил определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека», и, как влеку­щие за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособ­ности не менее чем на 1/3, по степени тяжести квалифицируются как «ТЯЖКИИ вред». 15.12.2015 на основании данного заключе­ния в отношении Р.А. Магомедова было возбуждено уголовное дело. С 4.12.2015 по 21.12 2015 г. Д.Д. Гамзалова находилась на стационарном обследовании и лечении в отделении ортопедии в РОТЦ. 21.01 2016 г. ее направили на 3 экспертизу. Перед экс­пертами поставили вопрос: чем обоснованы противоречия 1 и 2 экспертизы (вред средней тяжести и тяжкий вред)? Изучив мате­риалы дела, экспертная комиссия пришла к выводу, что имею­щиеся противоречивые заключения в экспертизах связаны с тем, что при первичной экспертизе не было проведено полное ис­следование Д.Д. Гамзаловой. Не было УЗИ, МРТ, КТ. Таким об­разом, 11.02.2016 г. повреждения, причиненные Д.Д. Гамзаловой, эксперты (3 экспертиза) отнесли к категории тяжкого вреда. Но в последующем, когда скончался следователь, расследовавший это дело, потерялись и первые снимки МРТ, КТ, УЗИ, то есть веще­ственные доказательства. И после этого весь ход расследования пошел в интересах Р. Магомедова Еще в данной ситуации стоит обратить внимание на то, что обвиняемый гр. Р.А. Магомедов не раз угрожал Гамзаловой, что дело «с места не двинется», так как его сестра столько лет проработала в этом суде, где рассматри­вается это дело, да и его «крышует генерал». Таким образом, на практике существуют разные подходы к применению уголовно­го закона в таких ситуациях.

Из приведенного примера видно, что в Республике Даге­стан пока еще не изжиты «тухумно-хинкальные отношения». Пока такие «генералы» «крышуют» правонарушителей, уго­ловный закон и практика его применения не смогут «идти по одной тропе». Люди, у которых нет знакомых «генералов», уже не верят в правосудие. Замученная походами по правоохрани­тельным органам и по экспертизам, потерпевшая Гамзалова не раз обращалась в СО с просьбой оставить ее в покое и закрыть дело. А как же иначе она может подумать, если после того ДПТ прошло более 3 лет, а продвижений не видит в этом никаких?

Итак, в заключении отметим, что на сегодняшний день не­обходимо провести комплекс мероприятий, связанных с непо­средственной профилактикой преступного нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, при этом значимую роль в профилактике играет неотвратимость от­ветственности и назначение справедливого наказания. Но говоря о профилактике, речь идет о сочетании уголовно-правового, ад­министративно-правого предупреждения и иных профилактиче­ских мер (повышение эффективности деятельности органов, осу­ществляющих контроль за безопасностью дорожного движения, особенно подразделений ГИБДД, которые находятся на переднем крае борьбы за безопасность дорожного движения).

МАГОМЕДОВА Арапат Исаевна
кандидат юридических наук, доцент кафедры уголовного права Северо-Кавказского института Всероссийского государственного университета юстиции (РПА Минюста России), филиал в г. Махачкала

Правовые онлайн консультации юристов осуществляет проект при содействии ЕВРАЗИЙСКОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЖУРНАЛА (издается при содействии Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА). Международный научный и научно-практический юридический журнал.). 

© 2018-2020. Правовые онлайн консультации юристов. Все права защищены.
Перепечатывание и публичное использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Юридическая консультация и помощь по БЕСПЛАТНОМУ тел. Россия +8 (800) 700-99-56 (доб. 995)
Московская обл, г. Москва +7 (495) 980-97-90 (доб. 597)
Ленинградская обл, г. Санкт-Петербург +7 (812) 449-45-96 (доб. 560)
в режиме online - круглосуточно!